На "Парке культуры" иду к эскалатору, ведущему вниз. Уже на подходе слышу какие-то громкие и ритмичные крики... но на крики футбольных фанатов непохоже. Иду вниз по этому эскалатору, начинаю различать, что это скандирование высоким голосом... что-то про Ельцина... Спускаюсь еще ниже - вижу пожилую женщину, которая выкрикивает громко и звучно: "Банда Ельцина развалила страну!.. Заводы остановлены, везде разруха!.. Старики голодают, молодежь деградирует!.." После каждого предложения она делает паузу (чтобы отдышаться?) и в этой паузе ее поддерживают выкриком: "Даа!" После каждого "банду Ельцина под суд" - "даа!" Спускаюсь дальше - пятью ступеньками ниже старухи стоят две девчонки лет по 16 и, содрогаясь от беззвучного хихиканья, выкрикивают эти "да!"
Все прочие на эскалаторе либо заняты своими делами, либо смущенно кривятся.
 

Вчера в метро ехала группа очень громких парней, чокавшихся бутылками с пивом, воздевавших руки в «хайле» и оравших: «Вперед, гусары!», «Сила есть – ума не надо!» и еще что-то в этом духе. Парни ехали на футбольный матч, но речь не об этом. Как они ощущали себя! Как актеры-любители, наконец дорвавшиеся до сцены и до зрительского внимания. Чувствовалось, что они жадно впитывают это избегающее внимание окружающих, то, как на них соседи по метро стараются не смотреть, но тем не менее смотрят, внимают, слушают – напряженно, настороженно, краями глаз и ушей. Парни работали на публику, нежась в лучах опасливой бдительности пассажиров… Впрочем, один из шести был исключением: он вроде бы так же громко орал и так же широко ухмылялся, но было в его улыбке что-то смущенное, виноватое, как будто он постоянно сознавал, что выглядит глупее, чем ему хотелось бы на самом деле… И он немного ужасался тому, что его выкрики «Ума не надо!» могут принять за чистую монету, что он может оказаться именно таким дураком, каким себя выставляет.

Жили-были король и королева. Они очень хотели завести детей, но все как-то не получалось. Сначала король потерял работу. С деньгами стало очень туго, а в такой ситуации не до детей. Затем король нашел место, и неплохое – помощником адвоката в одной юридической фирме. Но положение у него там было ненадежное. Конкуренция, интриги... Через пару лет его повысили и стало поспокойней. Но тут уж королева задумалась. Снимали-то они однокомнатную квартирку, метров – раз, два и обчелся. А если родится ребенок, как быть?

... После шоу, после «танго для туристов», мы поехали в клуб, куда сами портеньо приходят танцевать танго. (Портеньо – так называют местных, жителей Буэнос-Айреса.)

Сначала – шок и дикий, неудержимый смех.  

Затем – замирание, всматривание.

Затем – невозможно оторвать глаз и наблюдаемое мешает в тебе котел эмоций.

Поголовно все танцующие – старичье, так кажется сразу. Потом замечаешь, что есть и пара молодых пар, а пожилым – не только под семьдесят, но и за пятьдесят.

Час назад по дороге из магазина я была застигнута вопросом в лоб: "Журнаалы нужны?" У выхода из метро укутанная женщина торговала прессой с сумки на колесиках. В наше время уже немного вздрагиваешь, когда незнакомый человек вдруг обращается к тебе и именно к тебе. "Образование и Карьера?" - спросила она меня, и глаза у нее были заполошные и несчастные. Я, не замедляя шага, прошла дальше, а из-за спины доносились тоскливые крики: "Журнаалы нужны? Журнааалы покупаем!.." Голос был высокий и немного сиплый. Вообще сегодня холодно.

В пару к ней - угрюмая толстая женщина, продававшая ситцевые голубые наперники напротив кинотеатра "Пушкинский" и расписных казино. На моих глазах никто не то что не покупал их, но даже не останавливался у ее картонной коробки. 
Неужели действительно можно так заработать на жизнь?